?

Log in

No account? Create an account

deeporcrist


Любить театр. часть 2

Recent Entries · Archive · Friends · Profile

* * *
Преподавая в ЛГИКИ я был абсолютно уверен, что люблю театр.

Так ли это было на самом деле?
Любой человек на любом определенном этапе жизни абсолютно уверен в своей правоте. Сейчас смотря на себя тогдашнего, я уверен, что до понимания театра, до любви к театру в моем нынешнем представлении, тогда мне было, как до Киева пешком. Но, в то же время, мои желания и устремления уже качественно переросли детское «Ячество» и где-то внутри начинало рождаться нечто особенное. (Возможно, и скорее всего, пройдет несколько лет и на свои нынешние взгляды я тоже взгляну с улыбкой. Но, то будет совсем другая история.)

Это была не любовь, но какое-то смутное чувство привязанности к предмету. Многие так и характеризуют любовь – как зависимость. Если это так, то в тот момент театральный паучок начал меня аккуратно пеленать. Хотя я еще брыкался. Свое кредо в тот период я высказывал следующим образом: «Я люблю Театр, фантастику и компьютерные игры!» Компьютерные игры, стоящие на последнем месте, по увлеченности и заинтересованности фактически занимали первое. Вот так-то.
Ну, а что же было в ЛГИКИ?


Занимаясь со студентами, рассказывая им о театральной действительности (в моем тогдашнем понимании) я испытывал смешанные чувства. С одной стороны я искренне уверовал в то, что «без театра нельзя», что театр это альфа и омега. С другой стороны рассказывая о том, насколько прекрасна актерская профессия, я чувствовал, что обманываю ребят. Слишком много в театре боли, труда и разочарований. Забавно то, что студенты верили словам о красоте театра и не очень слушали страшилки о его «болезнях» и проблемах. Наверное, всем людям свойственно быть легкомысленными.

Работая на кафедре театрального искусства, преподавая на актерском курсе, общаясь с другими педагогами, много времени проводя на работе, я постоянно «варился»  в театральных и околотеатральных темах. Когда вокруг тебя только и разговоров что о театре, сложно не поддаться и включиться в эту волну. Единственная проблема: театральные мысли и все эти бдения, диспуты и разговоры не выходили за пределы Луганска. Мы перемывали кости коллегам, обсуждали спектакли, методику преподавания, успехи и неуспехи студентов. Но весь театральный мир все равно был размером с наш шахтерско-промышленный городок. То есть типичным для областного центра восточной части Украины. Мое мышление было ультрапровинциальным и как следствие, очень поверхностным. Антрепризные спектакли, которые доезжали к нам из Москвы и Питера не впечатляли (мягко говоря), гастроли других театров донецкого, мариупольского, киевского тоже оставляли равнодушным. «Ха! Мы тоже так можем, а скорее всего и намного лучше!» Я оставался в полной уверенности, что театр прост, как яблоко. Что можно легко сорвать его с ветки и сделать все, что мне заблагорассудится. Съесть запечь или сделать сок. Меню прилагается.

Любит ли человек то, что кажется ему простым и не требующим пристального внимания? Сомнительно. Это похоже на ту фазу отношений, когда страсть замещается привычкой. Привычкой, к удобству своего положения. Дарим цветы по праздникам, целуем только в день Св. Валентина. Dixi.

Хотя, вся моя жизнь в тот период состояла из театра. Как я люблю говорить, «Я больше ничего не умел и не умею.» Именно в то время я смутно начал понимать - если я хочу, хоть как-то чувствовать себя ЧЕЛОВЕКОМ, чего-то добиться  и достойно жить, нужно постараться максимально развиться в этой профессии. Писать достойную фантастику я не умел, а профессионально играть в игры у меня не было таланта. Оставался театр. И я налег на него. :)

(Может возникнуть вопрос откуда я взял что у меня был талант в театральной области? Как же!? Мне все всегда так говорили!!! :)))

Наверное, это похоже чувства от посещений тренажерного зала. После нескольких тренировок ты чувствуешь приятную усталость, уверенно напрягаешь бицепс перед зеркалом, и в своих грезах считаешь себя как минимум Брюсом Ли и как максимум Железным Арни.
Именно подобным образом я ощущал небывалый прилив творческих сил. Студенты казались мне идеальным материалом для моих наполеоновских планов. Я мечтал о НОВОМ театре. Мои идеи казались мне невероятно оригинальными, абсолютно новаторскими и необходимыми для обновления театральной жизни Луганска.

Да, я был тем еще изобретателем велосипедов! Помаленьку актвизировал студенческую жизнь, писал маленькие пьески, ставил маленькие спектаклики в маленьких аудиториях. Все было таким - очень кукольным. Постепенно вокруг меня собирались студенты, тоже желавшие какого-то другого театра, но больше - СВОЕГО театра. Все хотели ИГРАТЬ. И все вместе мы мастерили, придумывали, репетировали. Все эти штучки-побрякушки мы гордо именовали «Спектакль «Deep-1». Рок музыка, антиутопические сюжеты, танцы, декадентство, жестокость, сексуальные игры. Это было очень НОВО, ЗЛОБОБНЕВНО, СОВРЕМЕННО! (Господи, как же мы были наивны…) Тогда мы и поехали на свой первый фестиваль. Там произошло событие, схватившее меня за шиворот и поднявшее на новую ступеньку ЛЮБВИ.

Это был спектакль «Чмо» в Харькове, в «Театре 19». Помимо того что это просто был очень хороший спектакль, это было откровение. Откровение что театр может быть негосударственным и при этом  известным и популярным, что актеры могут играть «так, как я даже не понимаю!», и главное что эти люди ЛЮБЯТ свое дело до такой степени, которая не поддается моему представлению. Было ощущение, что эти люди знают какой-то секрет. Что их «кунг-фу» намного сильнее нашего. Самолюбие и чувство «избранности» были раздавлены.

Забавно. Первый же выезд за пределы нашего города обратился театральным нокаутом. Стало очевидно, что современный театр это что-то совсем другое. Что мы только совсем краешком сознания понимаем его суть. Что Луганские спектакли ничто по сравнению с ЭТИМ. Я влюбился. Влюбился в идею возможности такого театра. Мы все были сбиты с толку и выбиты из колеи. Но еще, невероятно мотивированы. «До Харькова всего 5 часов езды! Почему у нас в Луганске нельзя сделать что-то подобное?!»

Мы вернулись, но уже ничего не было, так как раньше. Появилась ЦЕЛЬ. Надо сделать в Луганске такой театр как харьковский «19».  Чтобы было очень круто, необычно, и так чтобы все офигевали. Но теперь в отличие от других времен я действительно начал работать. Начал что-то читать, гораздо больше репетировать, Наверное, тогда стало появляться то, что можно будет впоследствии, назвать любовью к театру. Мы с Катей Глушко и Димой Момотом создали «Театральную студию Deep».

В «Deep» мы, наконец, ушли от всего, что не относилось к театру. Жизнь превратилась в сплошную полосу препятствий для репетиций. Работа, быт, отношения, (даже компьютерные игры!) все это было лишь фоном - на авансцене была Студия, ее дела и проблемы. Мы ставили спектакли, неожиданно для себя получали признание за пределами города, набирались опыта, спорили с нашими союзниками и противниками и постепенно взрослели.

Я любил театр. Уже не себя в театре, но еще не театр как таковой. Я любил Свой театр. Любил театральную студию Deep и все (и всех) что с ней связано.

Но мало любить человека за красивые глаза или выдающиеся части тела. В идеале надо любить каждую клеточку, каждый вдох и выдох, прыщик, вскочивший на носу, плохое настроение, и все-все другое, без разделения на плохое и хорошее. Вот задачка, которая была не под силу мне тогда. (Да и сейчас не во всем и не всегда.)

Я научился очень многим вещам. Работе с актерами, работе с текстом, всяким режиссерским уловкам и «фишкам». Научился извлекать живое звучание практически из любого человека. До очень многих приемов дошел своим умом, (путь был неблизкий, а как потом выяснилось существовал способ срезать расстояние) хотя наверное даже совсем тупой человек научится «технике вращения гаек» если занимается этим периодически на протяжении десяти лет.

На меня колоссальное влияние оказал такой чудесный человек как Александр Мостовой и его балет «М-line». Его целеустремленность, умение «в сотый раз опять начать сначала», изобретать мизансцены и танцевальные связки буквально вспышкой, росчерком сознания и тела восхищали и вдохновляли. Умение быть жестким со своими артистами и в то же время «своим в доску» еще одно качество, которое я старался перенять у него. Мостовой поставил задачу создать в Луганске сильнейший современный балет. Он потратил на это почти 10 лет. И сделал это. Мне повезло попасть в самый расцвет его таланта и фантазии. Работа с ним по-настоящему сильно «проапгрейдила» мои режиссерские мозги.
Он любил танец. До потери сознания. Любил легко и непринужденно. Он ни на секунду не переставал думать о балете и танце. Чтобы понять песню, на которую собирался делать номер, он мог слушать ее по кругу без перерыва около недели. Другой бы уже возненавидел эту мелодию, а он так ПОНИМАЛ музыку. Так он ДУМАЛ свой новый танец.

Во многом очарованный талантом Мостового, я поставил «Епос Хижака» и «Темницу». В этих спектаклях я открыл ранее неведомые законы. Что действие может быть не иллюстративным, а аллегорическим, что для спектакля двух актеров (а иногда и одного!) на сцене достаточно и им больше ничего не нужно, что современный танец – ключ к новому взгляду на мизансценирование, и мнго занимательного и захватывающего, но самое главное - на сцене можно ВСЕ.

Тогда (да и сейчас если честно :) театр мне казался огромной кондитерской лавкой. А я видел себя ребенком, которому сказали: «Бери что хочешь!» Это было (и есть) сногсшибательное чувство.

В то время я был таким себе, театральным хиппи. Я ни от кого не зависел, хотел, ставил спектакли, хотел, играл в Ведьмака. :) Солнце светило ровно, мы занимались любовью, а не войной и эта театральная любовь притягивала к Студии все больше хороших и светлых людей. Это был такой теплый магнит, к которому липло все: информация, связи, отношения, идеи…

А потом пришла ОНА. И все изменилось. Изменилось кардинально и навсегда.
Это была НАСТЯ.

В мой уютный самодостаточный и разгильдяйский мирок вошел человек с совсем другими представлениями о театре. Я бы даже сказал, вторгся. Вломился. Ворвался как слон в посудную лавку. Лавка эта была мала, а Настин театральный слон очень велик. Этот зверь, походя, побил весь фарфор, разломал стулья, «вырубил» буфет, а потом как ни в чем не бывало, устроился как у себя дома. (В общем-то, Настя была в своем праве и как театральный критик и моя будущая жена :) так что сокрушаться и сетовать – дело глупое.)
 Да, ей понравился наш спектакль «Темница». Да, она была в восторге от Кати Глушко в «И.Б.В» и «МоДЖе». Да, мое режиссерское мышление было ей симпатично. И ко мне самому она испытывала нескрываемую приязнь.

Но! Не это главное товарищи!

От человека закончившего театроведческий факультет ГИТИСА, мое интеллектуальное убожество скрыть было невозможно. «Как, ты это не читал? Как, ты этого не знаешь? Как, ты не помнишь, откуда эта цитата?» Я впервые почувствовал те ощущения, которые наверняка доводили до белого каления моих студентов, когда я «блистал» перед ними своей образованностью. В том, что касалось театра Настя была безжалостна и непримирима. Споры, обиды и ссоры возникали постоянно. Настя пыталась вложить (вбить, втемяшить, впихнуть) в мою голову мысль, которая ей казалась очевидной, а меня до глубины души возмущала. Что же это за мысль?
Ее придется написать «капсом» чтобы до всех дошли масштабы трагедии.

ТЫ ДОЛЖЕН БЫТЬ РЕЖИССЕРОМ 24 ЧАСА В СУТКИ!

Вот так-то. Не больше, ни меньше.

Именно Настя впервые «имела наглость» сказать мне: «Ты не любишь театр». Это было… было так… Ну, очень обидно. Это было НЕСПРАВЕДЛИВО! «Я же…вон как… это самое… все время… много…. того… и вообще!!!» А по факту-то, она была права. Только признать это я тогда не мог и не умел.

Насте казалось естественным, что человек занимающийся театром занимается им ВСЕ ВРЕМЯ. Почему ей так казалось? Потому что она была воспитана совсем в совсем другой атмосфере и взращена на других теоремах и аксиомах. Режиссер, который постоянно что-то читает, что-то планирует, или репетирует, для нее был нормой. Актер, ежедневно работающий над собой и совершенствующий себя, был для Насти не метафорическим персонажем из пыльных томов Станиславского, а реально существующим видом. И даже не очень редким. Все волшебные слова, которыми педагоги вышивают для первокурсников тончайшие кружева отношения к профессии, были для Насти твердой как наковальня реальностью. Об эту наковальню вдребезги разбивались мои амбиции, самомнение, уверенность в собственной уникальности.

Представьте себе: учась в колледже, работая в театре, потом преподавая в институте, я никогда не встречал такого отношения к профессии. Ни разу не видел, ничего подобного. Даже у тех людей из наших театров, которые были предметом моего поклонения. Естественно, что для меня идеальные актеры и режиссеры из книг были чем-то вроде динозавров, инопланетян и снежных людей, которые как бы, где-то, есть, но никто их не видел. А Настя видела. Да, она, по сути, всю жизнь провела в стойбище этих «снежных людей»! Это шокировало.

«Игра, подождет, ты должен репетировать. Интернет, подождет, ты должен читать пьесу. Кино подождет, ты должен посмотреть спектакль. Весь мир подождет, ты должен заниматься профессией.» И так, все время!
А как же свободное время? Личное пространство? Отдых, в конце концов?
«А всего этого не надо, если ты любишь театр. Если ты ЛЮБИШЬ тебе не нужен отдых от предмета любви. И если ты хочешь добиться взаимности, но изволь соответствовать!»
Это бесило. По двум причинам.

Во-первых, я не хотел отказываться от всех любимых привычек, которые были неотъемлемой частью моей жизни на протяжении многих лет. Я любил свои привычки. И не считал, что они как-то отнимают время. Потребовалось довольно много усилий чтобы понять: огромное количество времени просто вылетает в трубу. Для сравнения до знакомства с Настей я ставил один спектакль в год. На третий год нашей совместной жизни я поставил 4 спектакля за год. Результат налицо. Это при том, что я все равно брыкался и просаживал тонны часов в монитор и постоянное F5.
Во-вторых на меня давило настино информационное и интеллектуальное превосходство. Когда я осознавал бездну знаний, разделявшую нас - становилось страшно. Меня охватывала паника. Я понимал что перепрыгнуть эту пропасть не получится. Ноги сломаешь. А для того, чтобы хотя бы приблизиться, надо действительно заниматься, читать и образовываться ВСЕ свое время. И свободное и рабочее. Этот подвиг мне был не по плечу. Такой объем работы, просто не укладывался в голове.

ТЫ ХОЧЕШЬ ДОБИТЬСЯ ЧЕГО-ТО В РЕЖИССУРЕ? ХОЧЕШЬ ИЛИ НЕТ?

И знаете, чего только не сделаешь ради любви. К театру ли, или к девушке, не суть важно. Ради любви можно попробовать измениться.

Я начал читать, смотреть, думать, работать. Отказываться от компьютерных бдений. (Причем, до конца все равно не получалось. Слишком моя велика потребность залипать в экран :( )Вначале просто чтобы доказать Насте и самому себе, что я могу. Было трудно. Нагрузки оказались неожиданно большими. Приходилось, и бросаться книжкой от злости и засыпать над ней. Надо было учиться. Заново. Ох, как это было нелегко…просто психологически. В свои 29 лет учиться сначала: читать, думать, видеть красоту в классике, получать удовольствие от сложной информации, заново пересматривать свой взгляд на профессию. Честно говоря,  не знаю, как у меня получилось выдержать. Самое жуткое в этом процессе было вот что: с каждой новой книгой, фильмом, спектаклем (просмотренным или поставленным) я осознавал, что пропасть не уменьшается, а становится глубже, шире и  непреодолимей. Узнавая часть информации я понимал что целое – гораздо больше этой части. Этот айсберг в подводной части был слишком велик.

Тем не менее, мое отношение к профессии стало претерпевать какие-то глобальные изменения. Самый большой бонус, который я получил в процессе это психологической ломки – я перестал бояться творческого кризиса. Совсем. Театр в моих глазах стал настолько разнообразным, и непредсказуемым что сегодня у меня даже мысли не возникает что можно зайти в тупик или устать в процессе работы. А уж тем более смешно сегодня для меня звучат мысли о «кризисе идей» в театре. Всего-то понадобилось 2 года более ли менее пристального внимания к истории театра, чтобы идеи начали, чуть ли не выливаться через уши. :)

А как много мини и макро открытий я совершил за это время! То есть совершили то их другие люди, великие люди, но читая о них, я был готов как Архимед голышом бегать и кричать «ЭВРИКА!» Мои театральные воззрения и пристрастия изменились навсегда.

Я ставил спектакли, но этого было уже недостаточно. Меня распирало от мыслей и озарений. В моих грезах маячил  другой подход к преподаванию актерского мастерства, реформа пространства театрального представления, изменение зрительской роли в спектакле, новая методика работы с театральным текстом, эксперименты со звуковой выразительностью актера! Всего было ТАК МНОГО! Все было ТАКИМ СОБЛАЗНИТЕЛЬНЫМ!
День, проведенный без новой информации или размышлений о театре казался безвозвратно потерянным. Это стало входить в привычку. Это начало становиться нормой.

«Театр – это бег вверх по эскалатору, который едет вниз. Стоит тебе остановиться, ты уезжаешь вниз. Чтобы оставаться на прежнем уровне, нужно идти постоянно. А чтобы подняться вверх – надо бежать.»

Я много раз приводил студентам эту аналогию, чтобы мотивировать их к работе. Но только в последние годы понял и прочувствовал на собственном опыте как это работает.
Это трудно. Но: «никто и не обещал, что будет легко» (с)

Так что же такое «Любить театр!»? Что для меня сегодня значат эти слова?

Это значит, каждый день делать что-то для него. Бросать ежедневно на его алтарь кусочек своих сил, времени, вдохновения. А он не останется в долгу.
Это значит уметь терпеть, как завещал классик. (Которого я все таки прочитал! :) Терпеть, когда кажется, уже нет сил. Идти до конца и быть верным ему не смотря на все трудности. А он не останется в долгу.
Это значит, уметь любить его за разнообразие. Уметь мириться с тем, что тебе кажется совершенно неприемлемым и вредным. Смирять свою гордыню. Пытаться понять даже самые его крайние проявления. А он не останется в долгу.
Это значит, все время принимать свое служение. Понимать, что все, что ты делаешь, ты делаешь ради него, ради театра. С радостью. Легко и просто. А он не останется в долгу.
Это значит, все время чувствовать, что ты несовершенен, что всегда есть идеал. Его нельзя достигнуть, но к нему необходимо стремиться. А он не останется в долгу.

И еще много такого что не выразить словами. Просто быть с ним. Быть с театром. А он не останется в долгу.

Это сложно понять, еще сложнее осознать и почувствовать, и почти невозможно сделать живому человеку в нашем мире. Но очень радостно в штормовом море видеть яркий огонек маяка, на который ты плывешь. Выбиваясь из сил, но никогда не теряя надежды.

Я надеюсь доплыть раньше, чем мою лодку выкинет на рифы или разобьет о скалы.

P.S. Вот здесь посты в ЖЖ Насти.
http://nika-stasy.livejournal.com/32863.html
http://nika-stasy.livejournal.com/72149.html
Это ее взгляд на любовь к театру. Пусть они станут для читателей этого блога приятным бонусом после моего многостраничного опуса.
Привет :)
Current Mood:
Размышлизмы
Current Music:
The Beatles - I saw her standing there
* * *
* * *
(Deleted comment)
[User Picture]
On July 17th, 2013 07:32 pm (UTC), c_o_r_w_i_n replied:
да, тоже об этом подумала)
[User Picture]
On July 17th, 2013 07:32 pm (UTC), deeporcrist replied:
Ну так я и не говорил, что вся моя история применима только для театральных людей :) Просто это моя история отсюда все отсылки))) Я же театральный зверь) А про 24 часа в сутки, для меня это было открытием. Вот и делюсь откровениями)

Edited at 2013-07-17 08:19 pm (UTC)
(Deleted comment)
* * *

Previous Entry · Leave a comment · Share · Next Entry